Трофеи

Толстороги Кавказа

Добыть трофей дагестанского тура — мечта любого горного охотника. Это животное с массивными рогами представляет из себя смесь барана и козерога и даже в зачете клуба горных охотников попадает под категории Capra и Ovis, т.е. относится к козлам и баранам.

Фото автора.

В отличие от кубанского тура, дагестанский имеет рога более массивные и гладкие, ближе по форме к рогам толсторога — баранам Северной Америки, чьи рога закручены назад и вверх.

Кроме этого, дагестанский тур не имеет бороды в отличие от своего кубанского собрата.

Охоту в Дагестане я планировал еще в прошлом году, но пандемия нарушила мои планы, и авиарейсы из Казахстана в Россию закрыли.

Пришлось переносить запланированную поездку на середину октября 2021 года. Долго не мог я выбрать, к кому же мне поехать на охоту, предложений было достаточно много.

И вот в один из вечеров мне позвонил Алексей Шевченко, знаменитый в кругах горных охотников, и на мой вопрос, к кому лучше обратиться, сразу порекомендовал Дмитрия Г. Со слов Алексея, места там очень хорошие и плотность зверя высокая.

По теме

После разговора с ним, я созвонился с организатором охоты и забронировал выезд на 11 октября. Дмитрий заверил меня, что на охоту достаточно три дня, но я с запасом взял пять, чтобы сильно не спешить.

А если удастся закрыть лицензию раньше и появится свободное время, я смогу посмотреть исторические места в Дербенте и Махачкале. Особенно меня интересовала Нарын-кала — древняя арабская цитадель…

Настало время собирать вещи. У нас в Алмате ночью стояли уже минусовые температуры, значит, в горах будет холодно. Принял решение взять утепленные ботинки, легкий пуховик, куртку и двое штанов: одни поплотнее, другие потоньше, на ходовую охоту.

По словам организаторов, в горах недавно выпал снег, но к моему приезду погода сильно поменялась, пришел теплый циклон, и буквально за пару дней солнце растопило снег на южных склонах, а температура воздуха поднялась до отметки +20 °C. Горное село, куда меня привезли из аэропорта, находилось в ущелье у реки.

Сразу за ней начиналась граница охотничьего хозяйства. На противоположной же стороне, по верхушкам хребта, проходила граница с Азербайджаном. Как только я переступил порог дома, меня по законам кавказского гостеприимства усадили за стол, который буквально ломился от национальных блюд и десертов к чаю.

Плотно поужинав и обговорив план охоты на завтра, мы заполнили необходимые бумаги, после чего я отправился спать.

 

Охота в горах — это боль, нервы и дни поисков. Фото автора.

Проснулся в пять утра. После легкого завтрака оделся и упаковал необходимые вещи в герметичные мешки, вышел на улицу. Светило ласковое утреннее солнце, крики кекликов заполняли все пространство вокруг ущелья.

В калитку вошел Эльсон, держа в руках штук шесть деревянных посохов с двумя металлическими крюками на конце, напоминающими форму рогов тура. Как сказал организатор, их используют только у них в селе.

Горы Кавказа молоды, склоны круты, и такой посох — чангал — помогает держаться на склоне во время подъема. Через некоторое время подъехала машина, которая довезет нас до предгорья, где нас будут ждать проводники с лошадьми…

Тропа уходила сразу вверх от дороги, проводников еще не было, и мы с Эльсоном начали подъем вдвоем. Чем выше поднимались, тем сильнее пекло солнце, так что вскоре куртка оказалась на поясе. Спустя какое-то время мы заметили внизу проводников верхом на лошадях. Заур и Рамазан вели в поводу коней и для нас.

Встретились мы у родника, окруженного зарослями кизила и красной айвы. Утолив жажду, дали напиться лошадям. Верхом ехать по узким горным тропам сложно и опасно, и мы, чтобы лишний раз не рисковать, часто спешивались и шли рядом, давая лошадям отдохнуть перед очередным подъемом.

Непривычно было видеть в горах лиственную зону, ведь у нас на Тянь-Шане всюду хвойный лес, а тут дубы, березы, клены. По северному склону росла брусника и черника, которой питаются тетерева и улары. На всем пути до базового лагеря нам то и дело попадались кавказские улары…

За очередным поворотом взору открылось живописное ущелье, внизу которого тонкой серебряной нитью петляла река. Его снежные вершины подпирали своды осеннего голубого неба. Невооруженным глазом можно было рассмотреть на снегу цепочку следов.

— Тур! — шепотом произнес Заур.

Следы пересекали тропу и спускались в лес. Видимо, одинокие самцы уже начали бродить в поисках самок, отделяясь от холостяцких табунов. Через пару часов мы достигли базового лагеря.

Организаторы основательно подошли к встрече гостей в столь суровых условиях, подняли на лошадях строительный материал и построили домик из сэндвич-панелей наподобие тех, что строят охотники в горах Новой Зеландии. Любые стены уже не палатка, можно и вещи просушить, и с комфортом отдохнуть в плохую погоду…

 

Без чангала риск сорваться вниз ущелья очень велик. Фото автора.

Перекусив, мы отправились разведать обстановку и побиноклевать, светлого времени суток оставалось чуть меньше часа. Расположившись ниже гребня на мягкой подушке из кустов брусники, мы принялись осматривать склоны и через несколько минут проводники заметили группу туров. Но, к сожалению, это были самки с козлятами.

Да практически в каждом ущелье паслись козы, и, увы, самцов среди них не было. Вдруг, с противоположного склона донесся звук, похожий на удар обухом топора по дереву, затем еще один и еще. Ориентируясь по звуку, мы обнаружили группу взрослых туров, «разминающихся» перед началом гона.

Расстояние до них было большое, около пяти километров, но в оптику мы отчетливо видели, как от основного стада голов в тридцать отделились шесть рогачей. Самый черный тур поднялся выше всех по склону и, встав на дыбы, бросился вниз на своего соперника.

Тот встретил удар и, покачав головой, отправился занимать место черного. Бились они с такой силой, что после столкновения через несколько секунд до нас доносился звук удара, словно на том склоне был сделан выстрел. Я много раз наблюдал схватки козерогов, но бои туров меня впечатлили сильнее.

Воздух был по-осеннему прохладен и свеж, тени серых облаков направлялись в сторону красного светила, которое медленно скрывалось за ледяной шапкой величественных гор. Как только солнце скрылось, воздух стал холоднее. Пора было возвращаться в лагерь и строить планы на утро.

Быстро стемнело. Тишину нарушало только фырканье отдыхающих лошадей. Приготовив ужин, мы поели и легли спать. Назавтра решили добраться до летучего лагеря, где можно установить палатки и провести пару дней охоты, не теряя высоты. Подъем был ранний, в четыре утра.

Позавртракав лепешкой с брынзой и сладким чаем, мы вышли на улицу. И я сразу услышал, как покатились камни. Видимо, молодые туры перешли совсем близко от лагеря. Утро было морозным, небо ясным, поэтому мы вышли в легкой одежде, прихватив с собой пуховики. По пути нам встретилась хорошая группа туров, самцов, но молодых, до восьми лет.

Понаблюдав за ними, мы продолжили путь. Подъем шел сначала по тропе, затем стал резко забирать вверх, и постепенно отметка на альтиметре показала 3500 метров. Поднялись мы от лагеря на 800 вертикальных метров.

На перевале не было ни души, только самки спокойно паслись на склонах. Видимо, смена погоды в сторону потепления притормозила самцов, и они пока не образовывали смешанные стада.

Мы укрылись за каменным выступом, перекусили и решили спускаться вниз. Вот где я по достоинству смог оценить выданный мне чангал. Без него риск сорваться и покатиться вниз до самого дна ущелья был реально велик…

На охоту оставалось два полных дня. Утром мы решили поискать трех лесных туров, которых вчера обнаружил Рамазан, пока мы гуляли по верхам. С его слов, один самец был очень хорош, два других средние. Спустились вниз. Под нами начинался дубовый лес, покрытый золотой листвой.

По словам проводников, туры иногда спускаются сюда, чтобы полакомиться желудями. Мы искали их в бинокли, но как ни смотрели, никого не обнаружили. Заур сказал, что спустится вниз и посмотрит оттуда, так как угол обзора будет другой и, возможно, он сможет их увидеть.

 

Следы уларов были повсюду. Фото автора.

Прошел час, но результата не было. В какой-то момент я вдруг заметил одного тура, мелькнувшего между деревьями в лесу. По рации сообщил об этом Зауру, он ответил, что слышит стук рогов, но никого не видит.

Мы с Рамазаном быстрыми перебежками спустились вниз, но обзор оказался плохим, деревья стеной закрывали нам видимость. Заур перешел на противоположный склон, правее ущелья, где были туры, и тут же сообщил по рации, что видит их на россыпи.

Животные, почуяв угрозу, сделали петлю и стали уходить от нас. Дистанция до них была около семисот метров. Мы быстро побежали им наперерез, через лес по крутому склону. Буквально в метре от нас начинался обрыв, уходящий вниз на сотни метров. В какой-то момент Рамазан сорвался и покатился вниз.

Ему пришлось бросить чангал, чтобы ухватиться руками за молодую березу, иначе не его палка, а он полетел бы вниз, ударяясь о скалы. Хватаясь руками за скалы, мы продолжили гонку за турами, но, достигнув распадка, поняли, что их там нет. Срезав склон, они ушли за поворот.

Мокрые от пота, с исцарапанными руками, мы побрели вверх по склону. Подъем оказался долгим и сложным, много сил ушло на быстрое преследование, так что и этот день не принес долгожданного трофея.

Оставался лишь один день. В голову лезли черные мысли, ведь шансы добыть заветный трофей утекали, как песок сквозь пальцы. Вечером, посовещавшись с Эльсоном, мы решили попытать удачу, поднявшись в сторону летучего лагеря.

На рассвете Заур, Рамазан и я выдвинулись под протяжные свисты горных индеек — уларов. Дойдя до места, откуда мы наблюдали молодых туров, Заур заметил пять крупных самцов, которые ходили выше лагеря и направлялись на лежку.

Подождав, когда те зайдут за поворот, мы начали подъем. До туров было около двух с половиной километров. Тяжелее всего дались последние сто метров до вершины, склон практически вертикально уходил вниз и состоял из мелких камней, которые, осыпаясь при каждом шаге, усложняли без того нелегкий подъем.

Проводники шли первыми, за ними мы. Рамазан на животе прополз вперед и осмотрелся, но туров не увидел.

 

Фото автора.

Заур успокоил меня, сказав, что они должны лежать на россыпи за поворотом. Опыт не подвел молодого проводника, мы прошли еще метров сто, и Рамазан снова пополз, чтобы осмотреться, но в тот же момент отпрянул назад.

Подкравшись ко мне, он шепотом объяснил, где находятся туры, но ветер был от нас, так что на выстрел времени будет мало, медлить нельзя. Реальность перестала существовать, я дослал патрон в патронник и медленно пополз на край снежного наддува.

Протолкнув вначале карабин, поставил его на сошки, достал бинокль и посмотрел вниз. Туры лежали в седле, на каменной сыпухе. Я сразу приметил большого темного самца, который лежал полубоком. Замер дистанции показал 260 метров.

Тур лежал очень хорошо для стрельбы. Я продвинул карабин чуть вниз, навел крест чуть за лопатку и плавно потянул спусковой крючок. Грохот выстрела разнесся по горам, эхом отражаясь от противоположных склонов.

Ухо уловило заветный шлепок пули и возглас Заура: «Есть попадание!» В то же мгновение козлы вскочили и помчались прочь, а черный тур, запинаясь, замедлил движение, упал и полетел вниз. Нам повезло, что снегом его направило левее и он задержался на камнях, иначе даже не знаю, как бы мы его доставали, упади он вниз.

Рамазан первым спустился к трофею, следом за ним мы. Сделали фото, сняли кейп, взяли печень и мясо, сколько смогли унести наверх. Тут же над головой закружили бородачи-ягнятники, такие же как и в родных краях, напоминая о том, что пора возвращаться домой. Тура я добыл в девять утра, поэтому в лагере мы смогли немного передохнуть и приготовить печень тура на нутряном жире по-дагестански.

Погрузив вещи и трофей на коней, мы двинулись в обратный путь. Я был невероятно рад, что все получилось, и в то же время придумывал причину, чтобы снова сюда вернуться…

По материалам

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»