Отчеты об охотах

Добыть лисовина

Закрытие зимних охот мы с мужем традиционно решили провести на Вологодчине. В уходящий сезон по белой тропе удачно поохотились на лося и кабана, муж неоднократно участвовал в охотах на волка. Удалось потропить беляков. Об этом мы уже рассказывали читателям «РОГ». В моих личных планах оставался один пробел — лиса.

Фото автора.

Так сложилось, что последние несколько лет закрытие зимы я посвящаю охоте на лису из засидки.

Практика показала, что в конце сезона, когда снег уплотнен, активность лисы увеличивается в разы.

Ко всему на этот период падает разгар брачных игрищ.

И если в январе в пушистых сугробах возле нашей заброшенной деревушки лисьи переходы — редкость, то в конце февраля ситуация в корне меняется.

Плутовки своими строчками просто «утаптывают» все деревенские усадьбы, старые сенные сараи, остовы давно заброшенных скотных дворов. Стратегию своих охот я выбрала несколько лет назад.

В январские каникулы, проводимые нами здесь же, на Вологодчине, я приваживаю лис. На приваду идут отходы со стола и внутренности добытых нами зайцев. С собой из дома привозим остатки кур, кроликов и прочей живности, которые нам отдает знакомый фермер.

В годы урожая яблок используем их в качестве привады. Лисы обожают такое лакомство. До нашего следующего прибытия плутовки находят эту приваду и активно пиршествуют оставленными для них «разносолами».

Под лабаз я использую чердак одной из заброшенных бань, которая расположена недалеко от нашего дома. К этим строениям звери давно привыкли. Внутри чердака на пол положили старый ковер, дабы предательски не скрипели доски, а вместо стульчика и лавки удачно подошел небольшой старый диванчик.

Непогода под крышей — не беда, а мои движения скрыты от глаз плутовок. До привады около 35 метров. Так как охочусь на лисиц исключительно с гладким стволом, то расстояние считаю оптимальным. Ближе лису не допустить.

В нашей лесной глуши Севера сторонних звуков нет, нет рядом автомобильных трасс и путей следования самолетов. Любые не известные лисице звуки — это опасность. Однотипная охота, проводимая у нас в Подмосковье, в этом плане в разы проще и зачастую результативнее. В этом году выложенная в январе привада была съедена полностью.

Тем не менее лисы помнили об угощении и, судя по следам, каждодневно проверяли это место. Что-то выкапывали под толщей снега, растаскивали старые куриные перышки. В день приезда я обновила подкормку, добавив мелких рыбешек, пойманных со льда.

В дело пошла курица, околевшая у свекрови за день до нашего приезда. Для усиления запаха перья подпалила. Впереди была целая неделя охот, времени предостаточно.

Световой день в феврале заметно больше январского. Днем мы бродили по угодьям, несколько раз тропили рысей, промышляющих «нашими» деревенскими беляками.

В один из относительно теплых дней вытропили енотовидную собаку, которая покинула погреб брошенного дома и, пройдя пару километров, зашла в старый дровник в соседней деревне, где и продолжила зимнюю спячку. Как трофей, енот нас не интересовал, а уничтожать его, как бича охотничьего хозяйства, откровенно было жаль.

Вред его неоспорим, но в то же время он полноправный член окружающей нас фауны. На снегоходе развезли соль к удаленным от дома солонцам. Лоси сгруппировались в мелятнике, передвигаться по уплотненному снегу им стало тяжелее. На краю одного из зарастающих полей нашли останки недавно задавленного волками лосенка.

За зимний период это был четвертый из известных нам случаев волчьего разбоя вблизи нашей деревушки. Масштабы ущерба от хищников просто безграничны. Световой день заканчивался, и начиналась пора «моей» охоты.

К «тозовке» я прикрутила изолентой фонарь, надела не шуршащий теплый костюм, пара «нулевки» в стволы и пара патронов в карман. С наступлением сумерек я сидела в шикарном лабазе, вглядываясь в снежные просторы. Никаких приспособлений в виде «подглядки» ночного видения, тепловизора и даже бинокля… Охота проводилась старым дедовским методом.

В первый же вечер лисовин буквально «выплыл» из-под берега реки около 19.00. Шел явно не к приваде и по косой траектории удалялся от меня. На фоне снега темным пятном отчетливо вырисовывалась его фигура. Несколько раз лис останавливался, но направления не поменял.

Я просидела до 21.00. Ни характерного лисьего «взлая», ни уханье совы и ничего того, что могло бы нарушить тишину февральской ночи. Дома поужинали с ожидающим меня мужем, а перед сном пошла к приваде посмотреть, какова ситуация. Лиса приходила!

Свежие следы, высвеченные фонарем, отчетливо были видны. Подкормку не тронула и, потоптавшись у привады, удалилась прочь. Под утро легла пороша и обновила все следы. Вечером усилился ветер, и мое сидение до полуночи ничего не принесло.

 

Фото автора.

Днем следующим по свежевыпавшему снегу я разбиралась в набродах у привады. Лиса была не одна. Пара некрупных особей пришла и ушла вместе. После детального изучения путем тропления выяснилось, что это некрупный кобелек с сукой. Вот они-то лакомились на приваде. След одиночной лисицы был намного крупнее этих следов, шаг шире.

Строчка его нарыска то приближалась, то удалялась, но к еде так и не подошел. Долго топтался у куста шиповника, не полностью занесенного снегом. Про себя отметила этот куст как ориентир для предельной дистанции стрельбы. Расстояние до моего лабаза около 50 метров.

К вечеру ветер стих, небо вызвездило, сильно подморозило, и я, наполненная верой в несомненную удачу, заняла позицию. Тишина. Стала зябнуть, запихнула руки в варежки, а заодно взглянула на часы. Пора бы лисичке и прийти…

Не успела поудобнее расположиться, а лиса, вышедшая сбоку от меня, прямолинейно трусит к приваде. До нее менее 30 метров. Бесшумно стягиваю варежку (бесшумно, это так кажется мне), вкладываюсь в ружье и снимаю предохранитель.

Этих манипуляций в звенящей ночной тишине достаточно, чтобы лиса уловила звуки опасности… Я пискнула мышью, дабы приостановить зверя, и включила фонарь. Луч осветил уходящего зверя, и, когда мушка прыгала над его головой, до лисицы было уже более 40 метров. Стрелять в угон по бегущей я не решилась. Досадно и обидно…

Все было идеально, и только маленькие оплошности испортили итог охоты. И впрямь — мелочей в охоте не бывает! Утешением было лишь то, что под лучом оказалась мелкая лиса. А я в награду за свои сидения уже мечтала о том крупном, недосягаемом лисовине.

Вечером следующего дня погода испортилась. С юго-запада пришли тучи, несущие снег с дождем, резко потеплело, ветер усилился до шквалистого. Слава, оценив ситуацию, вынес свой приговор — «фоксы» в такую погоду не придут.

Да и я понимала, что без приборов ночного видения с моим зрением в пургу и метель просто не увидеть зверя, даже в случае, если этот зверь будет. Каждый час после наступления сумерек я выходила из дома и проверяла приваду. Снег усиливался. Свежих следов за ночь так и не прибавилось.

 Дни приближались к отъезду, а результат охоты явно меня не устраивал. Потеплело. Снег прекратился, ветер был умеренным и шел от привады в мою сторону. Я вновь сижу в ожидании. Пока мысли витали в облаках, глаза среди белой пелены свежего снега вычислили движущийся силуэт.

 

фото: Fotolia.com

Ружье вложено в плечо, предохранитель снят, расстояние сокращается. Зверь остановился, поравнявшись с кустом шиповника. Нужно стрелять. Фонарь высветил зверя. Лисовин стоял как вкопанный.

Хлопок выстрела, и на снегу лежит столь ожидаемый трофей! Продолжаю держать его на мушке. Зверь встал и неровным шагом, подволакивая зад, пошел к реке. Стреляю вторым. Вроде дернулся, но также идет.

Рука тянется в карман, а патронов в нем нет. Перед выходом я выворачивала карманы и патроны забыла на тумбочке. Соскакиваю с бани и бегом домой. Дома муж слышал хлопки выстрелов и был «на взводе». Хватаем патроны, вскакиваем в лыжи и бежим к месту. На следу, после первого выстрела, отчетливо видны выбитый мех и капли крови.

Второй выстрел тоже был по месту, но след зверя уходил к берегу реки. По обе стороны тянулась струйка крови, а ноги явно не слушались хозяина… Под крутым берегом, в куртине ивняка, наши фонари высветили дошедшего зверя. Слава, подняв лису, с поздравлением вручил ее мне!

Поистине мысли материальны. Я мечтала добыть крупного лисовина, и именно такого под самый занавес зимних охот приподнес мне Святой Трифон!!! Мех шикарный, размер лап, когтей и клыков впечатляет! Это мой трофей!

Вешаю добытую лисицу в сенях и вхожу в дом. Эмоции переполняют меня… Уже в очередной раз рассказываю мужу о том, свидетелем чего он в большей мере был сам.

Утром закрыла дверь чердака в бане до следующего года, а навигатором замерила расстояние выстрела. Первый — 46 метров, вторым добавила чуть дальше. Контейнера донесли до цели шесть дробин.

Под лучами яркого и почти весеннего солнца сделали фото на память. А затем эйфория закончилась, сменившись грустью и печалью (так уж мы, женщины, устроены). Жаль было зверя, хотя лисицу передали таксидермисту на чучело. Жаль, что это крайняя зимняя охота уходящего сезона.

Грустно, что в следующий сезон повысить планку на этой охоте будет невозможно; вряд ли очередной добытый лисовин будет таким же красивым и крупным… Но это все лирика. Охота состоялась!

В последний день зимы мы вернулись в Подмосковье. Впереди множество разнообразных охот и в первую очередь — весенних. Но про них — отдельная история…

Источник

Вас может заинтересовать
Закрыть
Кнопка «Наверх»